Как российской императрицей стала Елизавета Петровна – дочь Петра I. Один день в истории

Елизавета Петровна (1709-1762), дочь Петра I и Екатерины I, в будущем российская императрица, росла веселой красавицей и была прекрасно образована. После брака родителей, и принятия в 1721 году Петром I императорского титула, дочери Анна и Елизавета получили титул «цесаревны», который отделял детей императора от других членов дома Романовых. Петр, сын казненного царевича Алексея, назывался великим князем, а племянница Анна Иоанновна царевной. Завещание Екатерины I предусматривало права Елизаветы и ее потомства на российский престол после Петра II (сына царевича Алексея) и Анны (старшей дочери Петра I).

Но после неожиданной кончины Петра II от оспы в 1730 году, Елизавета оказалась законной наследницей престола, поскольку ее сестра Анна отреклась за себя и своих потомков от прав на российскую корону.

Однако, несмотря на завещание, Верховный тайный совет, признав Елизавету незаконнорожденной, отказал ей в правах на престол и «пригласил на царство» Анну Иоанновну, в правление которой Елизавета находилась в опале и была очень далека от политической жизни. Хотя в свете она показывалась достаточно часто и по-прежнему блистала на балах.

После смерти Анны Иоанновны в 1740 году трон наследовал ее двухмесячный внучатый племянник Иван Антонович, но в результате реальная власть перешла к его матери – Анне Леопольдовне.

Русское дворянство и аристократия были недовольны режимом последних правительниц, а широкие слои русского общества считали, что все беды происходят от захвата власти «иноземцами». Но если Анна Иоанновна была русской, то Анна Леопольдовна со своим супругом принцем Антоном Ульрихом Брауншвейгским являлись в глазах народа «чужими», несправедливо правящими Россией от имени младенца-императора, их презирали. Тем более, большое количество «немцев», занимавших главные посты в государстве, тоже многих не устраивало. Бирона ненавидели все, Миниха и Остермана не любили.

В этих обстоятельствах массовые симпатии русского общества оказались на стороне Елизаветы, «русской сердцем и по обычаям», на дочь Петра Великого возлагали большие надежды. Центром движения в ее пользу стали казармы гвардейского Преображенского полка. Но немало потрудилась для завоевания симпатий гвардейцев и сама цесаревна. Она часто проводила время в казармах «без этикета и церемоний», одаривала гвардейцев деньгами и крестила их детей.

Разговоры о возможном дворцовом перевороте начались еще в начале 1741 года. Слухи о том, что Елизавета что-то затевает, неоднократно доходили до Анны Леопольдовны, но она не верила. Круг близких сторонников Елизаветы ограничивался в основном «кавалерами» ее двора. В подготовке переворота участвовали Разумовские, братья Шуваловы и Воронцов. Руководителями заговора являлись Лесток и сама цесаревна.

В ночь на (25 ноября) 6 декабря 1741 года, 275 лет назад, Елизавета Петровна, при поддержке своих сторонников и гвардейских офицеров совершила государственный переворот. В казармах Преображенского полка она обратилась к своим приверженцам: «Други мои! Вы знаете, чья я дочь, ступайте за мною! Как вы служили отцу моему, так и мне послужите верностью вашей!». Не встретив сопротивления, с помощью трех сотен верных гвардейцев Елизавета заняла Зимний дворец и провозгласила себя новой императрицей. Вызванные полки принесли ей присягу. Солдаты разбудили и арестовали Анну Леопольдовну и ее мужа, а младенца-императора Ивана VI забрала сама Елизавета. К семи часам утра переворот завершился, причем без пролития крови.

Наутро после переворота была готова форма присяги новой императрице, и был обнародован манифест, в котором говорилось об узурпации власти иностранцами. Елизавета распорядилась арестовать всю Брауншвейгскую фамилию и ее приверженцев, но «в остальном с ними обходились без ненужной жестокости». Еще через три дня был издан второй манифест, в котором провозглашалось, что Елизавета Петровна вступила на престол «по законному праву, по близости крови к самодержавным родителям». Право дочери Петра I на российскую корону подкреплялось ссылкой на завещание Екатерины I. Елизавета Петровна Романова короновалась в апреле 1742 года. Иван Антонович был объявлен незаконным государем, не имевшим «никакой уже ко всероссийскому престолу принадлежащей претензии, линии и права», и заключен в Шлиссельбург, а остальное Брауншвейгское семейство отправлено в Холмогоры. Фавориты прежней императрицы Миних, Левенвольде и Остерман были приговорены к смертной казни, позднее замененной ссылкой в Сибирь – чтобы показать Европе терпимость новой самодержицы. Своих же приверженцев Елизавета щедро наградила. Рота Преображенского полка была наименована лейб-компанией. Все рядовые были пожалованы в дворяне и наделены имениями, другие участники переворота также получили высокие чины и подарки.

Стоит отметить, что подобные государственные перевороты были и до, и после Елизаветы Петровны, но есть ряд особенностей, присущих этому событию: с одной стороны, патриотические лозунги в гвардии, с другой – особая роль самой Елизаветы, которая не только приняла участие в перевороте, подобно Екатерине II, но и лично возглавила его, а затем сумела удержаться на престоле в течение 20 лет, являясь продолжательницей петровских традиций и преобразований.

В целом, внутренняя и внешняя политика Елизаветы отличались стабильностью и нацеленностью на рост авторитета и мощи государственной власти. Императрица Елизавета была последней правительницей России, являвшейся Романовой «по крови». Официальным наследником престола она назначила своего племянника (сына сестры Анны) – будущего Петра III и женила его на принцессе – будущей Екатерине II. В его официальный титул были включены слова «Внук Петра Великого».