Ядерный отбой: почему не началась война на Корейском полуострове

В субботу 15 апреля в КНДР отмечался День Солнца – очередная годовщина рождения основателя республики Ким Ир Сена. Свой подарок северокорейскому народу предложил и Дональд Трамп – он послал к берегам Корейского полуострова мощную эскадру во главе с авианосцем "Карл Винсон". Американский президент пригрозил нанести удар по КНДР в случае, если Ким Чен Ын запустит праздничный салют в виде испытания баллистических ракет. "Северная Корея – это проблема. И эта проблема будет решена", – пояснил хозяин Белого дома.

Всю прошедшую неделю российские эксперты соревновались в описании сценариев войны. Но большинство паникеров делало фундаментальную ошибку. Они считают, что Северная Корея есть по сути то же самое, что Украина и Сирия, только находится в другом конце света.

На самом деле конфликт вокруг Северной Кореи уникален – там существует высокий уровень угрозы, но низкая вероятность начала реальной войны.

Правила игры

На Корейском полуострове все друг друга ненавидят, обмениваются угрозами (фразы "ответим на оскорбления ядерным уничтожением" регулярно повторяется в официальных заявлениях северокорейских чиновников), но при этом ни одна из сторон не готова наносить первый удар.

Северокорейская элита понимает, что любая война на Корейском полуострове закончится взятием Пхеньяна, и тогда прощай, красивая жизнь. Американцы, японцы и южнокорейцы, в свою очередь, понимают, что цена взятия Пхеньяна будет крайне высока, и дело даже не только в военных потерях, которые понесут союзники в процессе уничтожения миллионной и (в отличие от саддамовской) мотивированной северокорейской армии.

И не только в ядерном заражении. Во-первых, не станет Сеула – в случае начала войны южнокорейскую столицу, находящуюся в 50 километрах от границы, сравняет с землей северокорейская дальнобойная артиллерия.

Во-вторых, что делать с поверженной Северной Кореей? Интегрировать в Южную? Эксперты уверяют, что стоимость даже мирной реинтеграции КНДР в Республику Корея составляет несколько южнокорейских ВВП, а в случае с разрушенным войной Севером цена еще больше возрастает.

Наконец, где гарантия, что в войну для защиты КНДР не вступит Китай (который, напомним, в прошлую войну вступил, и его даже не смутило наличие у США ядерного оружия.

Сценарий ограниченного удара (например, по северокорейским ядерным объектам) тоже неприменим. Большинство объектов расположены под землей и защищены скальными породами, поэтому американские эксперты не дают гарантий их уничтожения. Кроме того, удар ограниченным не будут – в случае атаки на северокорейские ядерные объекты Пхеньян расценивает это либо как начало войны и наносит тотальный ответный удар, либо как пощечину Ким Чен Ыну и бьет в ответ соразмерно, что, в логике спирали, вызывает ответ со стороны США и Южной Кореи и ведет к войне. Со всеми вытекающими.

Именно поэтому ни один американский президент так и не решился ударить по КНДР, и ни один громкий кризис на Корейском полуострове (а за последние 25 лет их было столько, что всех пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы пересчитать) не привел к войне.
 

Все стороны прекрасно понимали правила игры, видели красные линии и их не пересекали. К ним подходили, обменивались угрозами, а затем аккуратно отползали.

Фактор Дональда Трампа

Некоторые уверяли, впрочем, что в этот раз северокорейский алгоритм может не сработать, ведь в нем появилась новая переменная – Дональд Трамп. Непредсказуемый американский президент может либо не понять красную линию, либо по-ковбойски ее перешагнуть.

Однако ключевая ошибка этих "некоторых" в том, что они реально верят в такой образ Трампа. На самом деле американский президент до сих пор вел себя во внешней политике пусть и авантюрно, но очень логично.

Так было и в ходе этого обострения вокруг КНДР – Трамп намеренно сыграл на этом своем образе, продемонстрировал готовность перешагнуть красную линию. Таким образом он оказывал давление на Китай, дабы Пекин пошел на уступки и, в частности, надавил на Северную Корею, сделал ее более покладистой и тем самым обеспечил Трампу имиджевую победу над еще одной частью "оси зла".

Авантюризм ситуации – в ошибочном мнении американцев относительно возможностей китайцев. В США считают, что раз Китай является основным поставщиком продовольствия и топлива в КНДР, то значит, Си Цзиньпин может по звонку заставить Ким Чен Ына сделать все, что угодно.

Это, мягко говоря, не так. Отношения КНР и КНДР напоминают отношения взрослого и тинейджера. Северная Корея не просто всячески подчеркивает свою независимость от Китая (в том числе и ликвидацией близких к КНР северокорейских генералов, а также имевшего, по некоторым данным, связи с китайской разведкой старшего брата Ким Чен Ына), но и иногда делает вещи назло кормильцу. Например, организовывает пуски ракет во время чувствительного визита в КНР высокопоставленной японской делегации.

В Пхеньяне так себя ведут потому, что прекрасно понимают неготовность Пекина прекратить поддерживать северокорейский режим, ибо крах этого режима будет стоить китайцам очень, очень дорого. А именно: миллиардные убытки для экономики, миллионы беженцев, сотни тысяч беспризорных солдат северокорейской армии с тяжелым вооружением, возможное ядерное заражение, американские базы возле китайской границы.

И немножко отступает КНДР лишь тогда, когда градус недовольства в Китае достигает точки кипения – лишь для того, чтобы потом снова шантажировать западного соседа.

Правильный ответ

Собственно, сейчас Китай, обеспокоенный "фактором Трампа", и пытался эту точку Пхеньяну продемонстрировать. Из тех действий, что увидела общественность, был отказ покупать северокорейский уголь и временное прекращение полетов Air China в КНДР "по причине продажи недостаточного количества билетов".

В то же время китайцы попытались еще раз объяснить для непонятливых опасность ситуации. "Если война реально начнется, то проиграют все. "Победителем никто не станет, – говорил министр иностранных дел КНР Ван И. – Поэтому мы призываем всех участников прекратить устно или на деле провоцировать и угрожать друг другу, и не позволить ситуации стать необратимой и выйти из-под контроля". КНР, по его словам, готова поддержать любой диалог – официальный или неофициальный, двусторонний или многосторонний.

В конечном итоге Китаю решить проблему не удалось. В КНДР прошел не только грандиозный военный парад с ракетами (включая новые ракеты для подводных лодок), но и обещанные ракетные испытания. И хотя сами жители Северной Кореи о них не узнали (ракета взорвалась на старте), но мир узнал.

Казалось, Трамп в ловушке – коль обещал, изволь бомбить. Однако он вывернулся. После настоятельных публичных просьб не только Китая, но и Южной Кореи не наносить удар – американская администрация приняла решение сделать ставку на стратегию сдерживания (то есть, сделала ровно то, что и все администрации до нее).

Судя по всему, о мерах этого сдерживания будет объявлено в ходе начавшегося визита вице-президента США Майка Пенса в Южную Корею и Японию. Вероятно, речь пойдет о новых учениях (где уже в слабой позиции окажется Ким Чен Ын – КНДР будет громко возмущаться, еще громче угрожать, но действовать по правилам и не наносить первый удар), а также об укреплении военно-политического сотрудничества с Южной Кореей и Японией.

Естественно, не только против КНДР, но и для сдерживания Китая. Что, возможно, и являлось конечной целью стратегии Трампа в нынешнем северокорейском обострении. Кто после этого назовет его невежественным президентом?

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ